Доказательства реального присутствия призрака в занимаемом им месте

V. Доказательства реального присутствия призрака в занимаемом им месте


   I. Чувствительность призрака. II. Его действие на свидетелей.III. Его действие на экраны с сернистым кальцием.
   Ясновидящие тем лучше видят призрак, чем сильнее и развитее их способность ясновидения. Сильные ясновидящие отлично видят его, различают его черты, движения, усилия, даже изменения в выражении лица. Призрак блестит очень ярким светом, который освещает почти всю комнату, со своими отличительными цветами, голубым на правой стороне, желто-оранжевым на левой. Средние по силе ясновидящие видят его в неполной человеческой форме; он блестящ, но цветные оттенки едва заметны. Слабые ясновидящие видят лишь туманную форму, беловатую или сыроватую. Многие свидетели, не ясновидящие, видят часто появляющийся и исчезающий свет и световые струи, которые, по словам ясновидящих, бросает призрак. Но есть свидетели, которые положительно ничего не видят и всегда бы сомневались в присутствии призрака в действительно занимаемом им месте, если бы не имели в своем распоряжении способов проверки. Этих способов весьма много; я изложу некоторые.
   I. Чувствительность призрака. Во второй главе было сказано, что призрак чрезвычайно чувствителен и малейшее прикосновение отражается на субъекте, иногда даже весьма болезненно. Эта чувствительность дает возможность всегда проверить, находится ли призрак там, где должен быть.
   Предположим, что при достаточном освещении призрак, хорошо сгущенный, сидит в кресле, поставленном для него по левую сторону субъекта.
   Если подойти слишком близко к креслу, можно коснуться его ног, наступить ему на ноги и вызвать большую или меньшую боль, которая отражается на субъекте, и тот подбирает ноги, волнуется и жалуется. Протягивая руку к верхней части тела, производят такое же действие на субъекта. Если осторожно провести рукою вокруг призрака, можно определить занимаемое им место. В темноте же надо только держать субъекта за руку и будешь чувствовать сотрясение его при каждом прикосновении к призраку. Поступая таким образом, можно всегда проверить, действительно ли находится призрак в том месте, куда его послали.
   Иногда случается, что призрак уходит далеко. Если невозможно знать место, куда он удалился, то всегда можно узнать направление этого места по чувствительности шнура, соединяющего его с субъектом. Поместившись возле последнего, осторожно поднимая и опуская вытянутую руку, в том или другом пункте пространства можно коснуться шнура и неприятное ощущение этого прикосновения почувствуется субъектом. Направление шнура, относительно исходной точки его у субъекта, покажет, в какой стороне находится призрак.
   II. Действие призрака на свидетелей. Когда свидетели подходят к призраку или последний подходит к свидетелям, 9 из 10 человек чувствуют его присутствие по ощущению свежести, которая их охватывает и скоро исчезает после его удаления. Некоторые ясно чувствуют нечто в роде дуновения, несколько похожее на то, которое ощущают перед электростатической машиной в движении. Когда призраку случается пробыть от 6 до 8 минут перед свидетелями в одном конце кабинета, то последним кажется, что в этой части комнаты стало заметно холоднее. Немногие лица, не испытывающие этого ощущения, испытывают другие впечатления. Так при приближении призрака, в особенности если последний побудет перед ним 40—50 секунд, г. Дюбуа ощущает влажность на руках, особенно на концах пальцев. Если прикосновение продолжается дольше, влажность доходит до верхней части тела. Другие испытывают легкое дрожание, нечто в роде содрогания, которое, не будучи неприятным, невольно поражает.
   Если подойти к призраку, не касаясь его, и опустить затем руку в него, руку быстро охватывает ощущение свежести или влажности. Если поглядеть в темноте на руку, пробывшую нисколько минут в призраке, то она часто кажется слегка светящейся, особенно на концах пальцев.
   Здесь имеют дело с чувствительностью призрака, которая делает опыты опасными и весьма трудными иногда. Встречаются свидетели, которые, вечно сомневающиеся в присутствии призрака, постоянно требуют, чтобы призрак посылался к ним, и они щиплют, колют или рубят призрак рукою. Субъект кричит от боли, а призрак удаляется, не желая более подвергаться подобным неприятностям.
   Свидетели, обладающие некоторой степенью ясновидения, чувствуют более или менее сильно прикосновения призрака, особенно если последний производит некоторое давление. Я приведу лишь следующие примеры:
   1. 6 ноября 1907 г., 5 часов вечера, в темноте, в присутствии г-ж Сталь и Фурнье, гг. Дюбуа и Бонне. Последний возле моего письменного стола, рядом с г-жой Сталь.
   Я мысленно выражаю желание, чтобы призрак Эдме пошел заявить о своем присутствии только двум дамам. Последние по очереди объявляют, что чувствуют присутствие призрака, по обычному впечатлению свежести. Через несколько минут после того, как призрак удалился от дам, г. Бонне пожаловался на сильный жар в голове, непривычный для него. — "Я изнемогаю, — говорит он, — под тяжестью, которая давит меня: кровь приливает к голове и я задыхаюсь". Субъект говорит в это время, что призрак взобрался на мой стол, позади г. Бонне, наклонился над головой последнего, которую сжал, как в тисках. Я велю призраку вернуться на свое место и мы освещаем комнату. У г. Бонне лицо очень красное, голова горячая, руки влажные, а выражение лица показывает глубокую подавленность. — "Прямо поразительно, — говорит он, — за несколько минут до сжимания призраком моей головы я думал, что субъект хочет обмануть нас".
   Я не вхожу в разбор этого неожиданного случая и предоставляю читателя его собственным размышлениям.
   2. 12 января 1909 г., 9 часов вечера. В темноте я произвожу раздвоение Жан в присутствии моего сына Гастона, без задуманной программы. Входит г. Фальк. Его освещают карманным электрическим фонарем; он садится возле Гастона.
   По исполнении некоторых явлений я предлагаю г. Фальку встать и посылаю призрак к нему с приказанием положить правую руку на его лоб и сильно прижать. Призрак идет. Свидетель видит, как он подходит к нему, поднимает правую руку и тяжело кладет ее на лоб ему, он чувствует холодную руку на лбу. Всего интереснее то, что он видит подробности, которых не мог предполагать. — "Рука очень блестящая, — говорит он: — я вижу даже три кольца на пальцах: одно на мизинце, другое на безымянном пальце и третье на указательном. Алмаз во втором кольце крупный и длинный".
   Мы освещаем комнату и осматриваем руку субъекта. Показание г. Фалька было верное. Усыпляя субъекта, я не заметил колец на его пальцах, что исключает возможность мысленного внушения; ясновидящий же не знал о наличии их, так как вошел в темную комнату, не рассмотрев даже субъекта.
   Мы увидим далее, что призрак может еще иначе действовать на свидетелей.
   III. Действие призрака на сернистый кальций. Призрак некоторых субъектов выделяет лучи N в весьма большом количестве, которые освещают фосфоросветные экраны замечательным образом.
   Для людей, незнакомых с последними открытыми в физике, даю некоторые указания об этих новых лучах.
   В начале 1903 г., г. Блондло, профессор физики в университете в Нанси, изучая лучи X (т.е. рентгеновские лучи), которые не преломляются, заметил лучи преломляющиеся. Вскоре он открыл, что эти лучи независимы от лучей X, и характеристическое свойство их заключается в увеличении блеска небольшого огня.
   Этих лучей очень много в свете солнца, которое есть главный источник их. Находят их также в свете горелки Ауэра с новым стеклянным цилиндром, в человеческом теле, как доказал это Шарпантье, другой профессор в Нанси, и в некоторых силах природы, как доказали другие наблюдатели. Профессора в Нанси назвали эти новые лучи, которые увеличивают блеск небольшого огня, лучами N, как открытые в Нанси.*
   Практика показала, что можно с пользой заменить небольшой огонь экраном из черной бумаги, на который надо предварительно наложить местами сернистого кальция, причем экран обязательно надо выставить на нисколько минут на свет солнца. Такой экран хранится в темноте, в сухом месте, и употребляют его в полной или по крайней мере относительной темноте, и экран становится светоносным, если приблизить к нему какой-нибудь источник лучей N.
   Так, например, в темноте, выдержанный 5—6 дней на солнце экран бывает совершенно темный. Но если приблизить к нему на несколько миллиметров концы пальцев, то против них на нем более или менее ясно обозначатся пятна.
   С этими экранами я производил большую часть своих опытов с призраками и следующее явление сильно поразило меня с самого начала, а также и всех, кто видел его. Как я уже не раз говорил, тело субъекта не проявляет никакой деятельности; свойство, которым оно обладало в нормальном состоянии, — освещать экраны, совершенно исчезает; призрак же, отдаленный от тела, обладает этим свойством в чрезвычайно высокой степени. Вот тому примеры.
   1. 17 декабря 1907 г., 9 часов вечера, в темноте, в присутствии г. М. Франсуа и г. М. Сигонь, профессора брюссельского университета.
   Я произвожу раздвоение г-жи Франсуа и кладу около себя три маленьких экрана из книги "Лучи — N" Блондло, выдержанные 4—5 дней на солнце и сохраняемые в темноте.
   После нескольких опытов восприятия звуков и запахов призраком я беру два экрана и показываю их свидетелям, которые констатируют, что они совершенно темные; один экран я кладу на колени субъекту, а другой в призрак, сидящий в кресле, поставленном для него по левую сторону субъекта.
   Экран в призраке быстро освещается, а лежащий на коленях субъекта остается совершенно темным. Через несколько минут я беру оба экрана и показываю их свидетелям, которых очень удивляет это явление. Затем я беру экран, лежавший на коленях субъекта, и помещаю его в призрак. Он тотчас же освещается, как и первый. Я снова показываю оба экрана свидетелям, которые находят их достаточно освещенными, чтобы легко можно было сосчитать все пятна сернистого кальция на расстоянии метра.
   Потом я беру третий экран, не бивший еще в употреблении, и держу его минуты 2—3 на животе субъекта без малейшего проблеска света, затем опускаю его в призрак, и он сильно освещается. Свидетели удостоверяют, что он настолько освещен, что один из них при помощи его света видит на часах, который час.
   2. 11 ноября 1907 г., 5 часов вечера, в темноте. Свидетели: г-жи Сталь и Фурнье, гг. доктор По де-Сен-Мартен, Гро и Дюбуа.
   Я произвожу раздвоение Эдме и беру два экрана предыдущего опыта, предварительно выдержанные на солнце, но в данное время совершенно темные. Один из экранов я передаю доктору По де-Сен-Мартену, чтобы он представил его в известный момент призраку, которого я пошлю к нему, с целью проверки — произойдет ли освещение. Другой экран я держу 2—3 минуты на коленях субъекта, но он не освещается. Затем я ставлю его к спинке кресла, в котором сидит призрак. Через 30—40 секунд он так сильно освещается, что все свидетели на расстоянии по крайней мере 3 м. 50 см. ясно видят горизонтальные и вертикальные линии фосфоросветных пятнышек. Один из свидетелей подходит на расстояние 1 метра и может сосчитать все блестящие пятна.
   Удостоверив это, я посылаю призрак к доктору, который представляет ему экран, что держит в руке. Последний освещается, но в очень слабой степени.
   Собранный в фосфоросветных экранах свет весьма ярко отпечатывается на чувствительных пластинках, даже на совершенно слабых.
   Я хотел проверить, лучше ли отпечатываются на пластинке освещенные призраком экраны, чем не подверженные действию призрака Я взял два экрана с сернистым кальцием, приблизительно одинаковой величины, выдержанные на солнце 2,5 дня, которые в темноте были темные. Я положил чувствительную пластинку в открытую книгу; на приготовленную сторону положил темный экран и освещенный призраком экран, затем закрыл книгу. Через 10—12 минут я проявил пластинку, которая дала мне оттиск, изображенный на рис. 12.
   
[Рис. 12. Два экрана, одинаково выдержанные на солнце. Более блестящий был подвергнут действию призрака. Из-за плохого качества репродукции фотография здесь пропущена]

   Хотя разница в отпечатании на пластинке не так велика, как я ожидал, тем не менее можно заметить, что экран, который был освещен призраком, вышел заметно блестящее другого.