Всеобщая Уранография (космография)

Глава Шестая

ВСЕОБЩАЯ УРАНОГРАФИЯ (КОСМОГРАФИЯ)1

Пространство и время - Материя - Законы и силы - Первоначальное творение - Всеобщее творение - Солнце и планеты - Спутники - Кометы - Млечный путь - Неподвижные звёзды - Пустыни пространства - Вечная последовательность миров - Вселенская жизнь - Разнообразие миров

Пространство и время

       §155. Много было дано определений пространства, и главнейшее из них следующее: пространством называется расстояние, разделяющее два тела. Из этого некоторые софисты вывели, что где нет тел, не существует и пространства, и на этом некоторые богословы основали своё мнение, что пространство необходимо должно быть конечно, так как ограниченные в числе и объёме тела не могут составить бесконечного ряда и, следовательно, там, где прекращаются тела, должно прекратиться и пространство. Давались ещё и другие определения пространства: место, в котором движутся миры; пустота, в которой действует материя и т.п. Оставим в трактатах, где они покоятся, все эти ничего не определяющие определения.
       Пространство есть слово, выражающее первичную идею, аксиому, ясную бездоказательно и которую всякие определения могут только затемнить. Мы все знаем, что такое пространство, и я хочу только установить его конечность для того, чтобы последующие наши изыскания не встречали препятствий, ограничивающих наш кругозор.
       Итак, я говорю, что пространство бесконечно, потому что нет возможности представить себе его границы, и, несмотря на всю трудность постижения бесконечности, нам всё-таки легче мысленно подвигаться в пространстве хотя бы целую вечность, чем, остановившись на каком-нибудь пункте, представить себе, что дальше уже нет протяжения.
       Чтобы представить себе бесконечность пространства, насколько это возможно при ограниченности наших способностей, предположим, что, покинув Землю, затерянную в пространстве, мы направляемся к какой-нибудь точке Вселенной и подвигаемся с быстротой электрической искры, проходящей тысячи миль в секунду. Через несколько минут, пролетев миллионы вёрст, мы находимся уже на таком расстоянии от только что покинутой нами Земли, что она кажется нам едва заметной, бледной звёздочкой. Ещё мгновение - и, подвигаясь всё в том же направлении, мы достигаем тех отдалённых созвездий, которые едва видны с вашего земного шара;2 и тут уже не только Земля совершенно исчезает из наших глаз и теряется в глубинах небесных, но даже солнце во всём своем великолепии помрачается расстоянием. Но мы продолжаем двигаться с быстротою молнии3 и, с каждым шагом подвигаясь в пространстве, пролетаем через целые системы миров, целые острова эфирного света, целые млечные пути звёзд и, наконец, через роскошные сияющие области, которые Бог усеял мирами в таком изобилии, как земные луга цветами.
       Но мы двигаемся всего только несколько минут, и уже сотни миллионов вёрст отделяют нас от Земли и миллиарды миров прошли перед нашими глазами. И всё же, слушайте: мы не подвинулись во Вселенной ни на шаг!
       И если мы будем так продолжать не минутами, а годами, веками, тысячами веков и миллионами вековых периодов и всё с той же быстротой молнии,- то мы подвинемся не более прежнего. И то же будет, в какую бы сторону мы ни направлялись, куда бы ни устремились с той песчинки, которая называется Землёй.
       Вот что такое пространство!
       §156. Время, как и пространство, есть слово, само себя определяющее; о нём можно составлять себе более верное понятие, установив его отношение к бесконечному целому. Время есть последовательность явлений; оно связано с вечностью так, как вещи связаны с бесконечным пространством. Вообразим себе начало нашего мира, ту примитивную эпоху, когда земля не начинала ещё колебаться, как кадило, под влиянием божественного побуждения,- одним словом, вообразим начало Бытия. Тогда время ещё не выходило из таинственной колыбели Природы и никто не мог бы сказать, какая это была эпоха: указатель вековых часов ещё не был тогда приведён в движение. Но, тише! Вот пробил первый удар на часах вечности, и уединённая планета уже двинулась в пространстве - и был вечер и было утро. Но вне этой Земли, в пространстве, вечность всё так же неподвижна и молчалива, хотя время идёт для многих миров. На Земле же вечность заменилась временем и многие-многие поколения отныне будут отсчитывать минуты, годы и века.
       Перенесёмся теперь к последнему дню планеты - Земли, к тому часу, когда, согбенная под тяжестью лет, она будет вычеркнута из книги жизни, чтобы более не появляться в ней: тут останавливается смена событий, движение, которым измерялось время, прекращается, а с ним кончается и самое время.
       Вот простое изложение естественных событий, дающих начало времени, дозволяющих ему продолжаться и, наконец, угасать. Этого довольно, чтобы показать, что с той точки, на которую мы должны стать для наших исследований, время не более, как капля, падающая из тучи в море, падение которой рассчитано и измерено.
       Сколько миров в безграничном пространстве, столько и времён различных и несовместимых. А вне этих миров одна вечность затемняет последовательность этой преходящей чреды и своим неподвижным светом наполняет всю необъятность небес. Необъятность беспредельная, вечность бесконечная - таковы великие свойства Природы во Вселенной!
       Взор наблюдателя, пронизывающий беспредельные пространства, ни в чём не встречая препятствий, и ум геолога, проникающий за пределы веков до глубины отверзтой вечности, в которой оба некогда исчезнут, действуют совместно, оставаясь каждый на собственном пути и сообща достигают двойного понятия бесконечности: в пространстве и во времени.
       Итак, не оставляя этого порядка суждений, нам легко будет постичь, что время есть только отношение преходящих явлений и зависит исключительно от предметов измеримых; потому, если, принимая земные века за единицу, мы будем нагромождать их тысячами на тысячи и, таким образом, составим колоссальное количество, то число их составит всё-таки только точку в бесконечности; также и миллионы миль, присоединённых к миллионам миль, не более, как точка в беспредельном пространстве.
       Так, например, века не входят в эфирную жизнь души, и мы могли бы написать число, равняющееся длине земного экватора, и предположить, что мы прожили столько же веков, но дух наш не состарился бы от этого ни на один день. Прибавим к этому бесчисленному количеству веков ещё целую серию, цифровое изображение которой имело бы длину равную расстоянию Земли от Солнца или даже большую, и, воображая себе, что мы прожили всё это непостижимое число лет, то, дойдя до конца, мы увидели бы, что вся масса веков, прошедших над нашими головами, как будто не существовала: перед нами, всё-таки, целая вечность.
       Время есть только относительное измерение последовательности преходящих явлений, а вечность неизмерима никакою мерою в отношении продолжительности: для неё всё и всегда в настоящем.
       Если века веков меньше секунды в сравнении с вечностью, что значит продолжительность жизни человеческой!

Материя

       §157. Как глубоко разнообразны и существенно различны кажутся нам с первого взгляда все вещества, составляющие мир. Мы не находим не только полной тождественности, но даже ближайшего сходства в составе веществ, искусственных или природных, ежедневно проходящих перед нашими глазами. Какое несходство в твёрдости, сжимаемости, весе и многих других свойствах тел, между атмосферическими газами и золотою жилой, между водяною молекулой облака и атомом минерала, образующего твёрдый остов земного шара! Какая разница в тканях и химическом составе разнообразных растений, украшающих Землю, и не менее многочисленных представителей животного царства!
       Однако, мы можем считать абсолютным принципом, что все известные и неизвестные вещества, как бы различны они нам ни казались в отношении их внутреннего состава или их взаимодействия, в действительности представляют только видоизменения проявлений материи, только различные её превращения, происходящие под влиянием бесчисленных, действующих на неё сил.
       §158. Химия, сделавшая столь значительные успехи со времени моей жизни,4 когда её причисляли ещё к тайной области магии, эта новая наука, по справедливости называемая детищем эпохи точных знаний и основанная исключительно и гораздо более, чем её старшие сёстры, на опытном методе, химия совершенно уничтожила и опровергла понятие о четырёх элементах, признаваемых древними в природе. Она доказала, что состав Земли образован многими субстанциями, соединёнными различным образом, что воздух и вода также разложимы и состоят из известного количества атомов газа; а огонь не только не основной элемент вещества, но состояние материи, зависящее от всемирного движения, которому она подчинена, и от явного или скрытого окисления.
       Взамен она открыла большое количество элементарных тел, до тех пор неизвестных. По её предположению, эти тела в определённых пропорциях входят в состав разных веществ и тел, изученных ею, и совместно участвуют в работах великой лаборатории Природы. Эти элементы она назвала простыми телами, чтобы указать на то, что она считает их первичными и неразложимыми и что никаким воздействием их невозможно привести к более простым формам.5
       §159. Но там, где останавливаются исследования человека, даже вооружённого самыми совершенными инструментами, действие Природы продолжается. Там, где кажущееся становится, в глазах большинства, на место действительного, где практик-учёный уже начинает различать начало вещей, там перед взорами проницательного наблюдателя, умеющего схватить настоящее творчество Природы, открывается первобытная, космическая материя, простая и единая. Образуя составные матерьялы Вселенной, она разнообразится в некоторых частях при их происхождении и разделяется на солидарные тела, которые по миновании их жизни вновь разложатся и рассеются в пространстве.
       §160. Есть вопросы, которых мы сами, духи, страстно преданные науке, не в силах разрешить, о которых мы можем высказать только личные, более или менее верные догадки. По этим вопросам я не буду высказывать своего мнения или постараюсь его доказать; но настоящий вопрос не принадлежит к их числу. Потому я скажу желающим видеть в моих словах рискованную или неосновательную теорию: окиньте, если можете, одним взглядом всё разнообразие превращений Природы - и вы поймёте, что, не признавая единства материи, нельзя объяснить не только солнечных систем или звёздных сфер, но, не заходя так далеко, даже прозябания семени в земле или зарождения насекомого.
       §161. Если мы находим такое разнообразие в материи, то это происходит от того, что силы, производившие её превращения, и условия, в которых оне проявлялись, были бесчисленны, а потому и разнообразие соединений бесконечно и не могло бы быть иным.
       Итак, к какому бы разряду ни принадлежала рассматриваемая материя, к флюидам или веществам невесомым или к телам, обладающим обыкновенными свойствами материи, но в мире есть только одна первобытная субстанция - космическая материя.

Законы и силы

       §162. Если бы одно из малоизвестных существ, проводящих своё эфемерное существование в мрачных глубинах океана, одна из этих нереид - жалкое животное, знакомое с произведениями Природы только по некоторым образцам рыбных пород или подводных зарослей, внезапно получило дар разумности и способность изучать свой мир, составляя о нём гипотетические предположения, обнимающие всеобщность его явлений, какое понятие могло бы оно составить себе о живых существах, развивающихся в его среде, и о мире, выходящем из поля его наблюдений?
       Если бы, далее, чудесным действием новых способностей, это самое существо было поднято над вечным мраком морской глубины и перенесено на богатое роскошной растительностью прибрежье, освещённое блестящими лучами солнца, распространяющими благотворную теплоту, что оно подумало бы о прежней своей теории строения мира? Не отказалось ли бы оно от преждевременных своих заключений и не перешло ли бы к более широким соображениям? Но и эти оказались бы вскорости столь же невыполнимыми, как и первые. Таково, о люди, изображение и вашей, вполне умозрительной, науки!6
       §163. Итак, намереваясь обсуждать вопрос о силах и законах, управляющих Вселенной и будучи, подобно вам, существом относительно невежественным в сравнении с истинным знанием, хотя моё положение и даёт мне кажущееся превосходство над моими земными братьями, я имею возможность изучать лишь некоторые естественные явления, недоступные вам в вашем положении, и цель моя состоит только в том, чтобы изложить вам общие начала всемирных законов без подробного объяснения их действия и без перечисления зависящих от них специальных сил.
       §164. Существует эфирный флюид, наполняющий пространство и проникающий все тела; этот флюид и есть эфир или первичная космическая материя, образующая миры и отдельные существа. Эфиру свойственны и нераздельны с ним силы, производящие превращения материи, и непреложные и необходимые законы, управляющие миром. Эти многоразличные формы, бесконечно разнообразные в сочетаниях материи, применяющейся и различающейся, смотря по условиям и среде, в которой оне действуют, известны на Земле под названием: тяготения, сцепления, сродства, притяжения, магнетизма и активного электричества, а вибрации вещества получают наименования: звука, теплоты, света и прочая. В других мирах оне проявляются в других видах и имеют другие неизвестные в этом мире свойства, притом в безграничном протяжении небес развиваются бесчисленные силы, величие которых мы так же мало можем оценить, как жалкое мягкотелое на дне морском может обозреть всеобщность явлений на земном шаре.7
       Так как субстанция, производящая все тела, едина, проста, первична и изменяется только в своих соединениях, так и силы её зависят от общего закона, изменяемого в явлениях, но установленного Высшим Провидением, вечными велениями Его для поддержания во всём творении гармонии и устойчивости.
       §165. Природа никогда не противоречит сама себе и на гербе её мы читаем неизменный девиз: "Единство в разнообразии". Подымаясь по лестнице миров, встречаешь единство гармонии и творения и в то же время бесконечное разнообразие в этом величественном цветнике созвездий. Проходя по ступеням жизни от последнего ничтожнейшего существа до Бога, познаёшь великий закон последовательности и единства. Рассматривая же силы сами по себе, можно составить связную серию или цепь, конечное звено которой, соединяясь с первоначальным, образует всемирный закон.
       Вы не могли бы постичь этот закон во всём его объёме потому, что силы, выражающие его в области, доступной вашим наблюдениям, узки и ограниченны; однако же, на электричество и тяготение можно смотреть как на широкое приложение первобытного закона, царящего на небесах.
       Все эти силы вечны - мы объясним это слово - и всемирны, как творение. Оне сосущественны космическому флюиду, а потому действуют всегда и во всём, изменяя свои действия одновременностью или последовательностью, усилением в одном месте и ослаблением в другом; могущественные и активные в некоторых пунктах, оне потенциальны и скрыты в других; в конечном же результате оне готовят, направляют, поддерживают и разрушают миры в разные периоды их существования и управляют чудесными творениями Природы, в какой бы точке они ни появлялись, и на веки обеспечивают непостижимое великолепие Вселенной.

Первоначальное творение

       §166. Рассмотрев Вселенную с общей точки зрения её составных частей, законов и разнообразных свойств, мы можем перейти к процессу её образования, произведшему миры и отдельные существа. Потом мы опустимся к сотворению собственно земного шара, к его современному положению и отношению его к общему целому Вселенной и, наконец, считая его точкою отправления и относительной единицей, мы приступим к изучению планет и звёздных сфер.
       §167. Если мы хорошо поняли отношение или, лучше сказать, противоположность вечности и времени, если мы вполне усвоили мысль, что время есть только относительное измерение последовательности преходящих явлений, а вечность по самой сущности своей едина, неподвижна и постоянна, что к ней не приложима никакая мера времени или продолжительности, то мы понимаем, что для неё нет ни начала, ни конца.
       С другой стороны, если мы себе составили верное понятие, хотя, конечно, весьма слабое, о бесконечности могущества Божия, то мы поймём возможность и того, что мир всегда был и всегда будет. Раз только существовал Бог, то существовали и вечные Его совершенства. Прежде, чем родились времена, Божественное Слово раздалось в неизмеримой вечности и оплодотворилось столь же вечное пространство.
       §168. Бог, будучи по природе Своей предвечен, творил всегда и вечно, и это не могло быть иначе. Как бы далеко мы ни отодвигали в своём воображении предполагаемые пределы творения, всё же за этими пределами останется целая вечность - взвесьте это выражение - целая вечность, в течение которой Божественные Ипостаси, как безначальная воля, были бы погружены в немую летаргию, бездеятельную и бесплодную, в вечность, как бы мёртвую для вечного Отца общей жизни, в вечность немого равнодушия для Слова, управляющего этой жизнью, и холодного и эгоистического бесплодия для животворящего Духа вечной любви.
       Проникнемся же лучше величием воли Божией и непрерывностью её действия под рукою Единого Сущего! Бог - это солнце всего существующего, это свет мира!
       Так, при появлении солнца мгновенно разливаются волны света и, распространяясь, наполняют пространство. Так и мир, созданный Предвечным, восходит до непостижимых пределов бесконечных времён, до слов: "Да будет свет!", раздавшихся в начале.
       §169. Итак, истинное начало вещей восходит до Бога, а их последовательное появление в существовании относится к порядку беспрерывного творения.
       Какой смертный мог бы рассказать, сколь неведомое великолепие, скрытое завесой времён, развилось тогда, в ту древнюю эпоху, когда ещё не существовало ни одного из чудес современного мира: в ту первичную эпоху, когда раздался голос Бога и собрались матерьялы, долженствовавшие в будущем, сами собой симметрично расположившись, образовать храм Природы; тогда этот таинственный Голос, который всё существующее чтит и любит, как голос матери, произвёл и первые созвучия, образовавшие вечную музыку бесконечных небесных сфер!
       Мир, в колыбели своей, ещё не пользовался полнотою и зрелостью жизни; нет, творческая сила никогда не противоречит себе, и мир, как всё живое, должен был родиться ребёнком. Первобытная космическая материя под влиянием создавшего её творческого импульса и по указанным ей законам произвела вихри, скопления рассеянных флюидов и туманных масс, которые сами собою разбивались и до бесконечности изменялись, чтобы порождать в различных точках неизмеримого пространства разбросанные центры одновременных и последовательных созданий.
       Вследствие сил, преобладающих в каждом из этих центров, и условий, предшествовавших их образованию, эти центры получали специальные свойства, характеризующие их существование. Одни из них, менее рассеянные в пространстве и более богатые активными силами, тогда же начали свою обособленную астральную жизнь. Другие же, занимавшие бесконечно громадные пространства, развивались с чрезвычайной медленностью или вновь разделялись и образовывали второстепенные центры.
       §170. Возвращаясь всего на несколько миллиардов веков до нашего времени, мы находим, что Земля ещё не существует и что даже Солнечная система наша не начинала своей планетной жизни; но в эфирном пространстве уже блещут великолепные солнца; а обитаемые планеты уже производят жизнь многочисленных творений, предшествующих нам в человеческом существовании. Богатые произведения неизвестной нам природы и дивные чудеса небес развивают перед другими взорами картины безграничного Творения. Что я говорю! Уже многих великолепий нет больше, нет чудес, заставлявших биться сердца других смертных при мысли о бесконечном Могуществе! А мы, жалкие существа, появившиеся после целой вечности жизни, мы считаем себя современниками Творения!
       Ещё раз, постигнем Природу правильнее! Поймём, что вечность находится, как перед нами, так и за нами, а пространство представляет необозримое поле одновременного и последовательного Творения. Есть туманности, едва различимые для нас в дали пространства и составляющие скопления солнц, готовящихся к образованию; другие составляют Млечный Путь обитаемых миров, и, наконец, некоторые представляют зрелище распадения и разрушительных катастроф. Поймём, что как мы находимся среди бесчисленных миров, так и нас окружает двойной ряд бесконечных времён предшествующих и последующих. Всеобщее Творение не ограничивается нами, и мы не можем прилагать этого выражения к единичному образованию нашего маленького земного шара.

Всеобщее творение

       §171. Поднимаясь, насколько позволяет наша слабость, к скрытому источнику, из которого изливаются миры подобно каплям речного потока, рассмотрим ход творений и последовательность их развития.
       Первичная космическая материя заключает в себе все матерьяльные, флюидические и жизненные элементы всех миров, развивающих свои великолепия перед вечностью. Это - мать всего, прародительница, вечно производящая. Она не исчезла, эта материя, из которой возникают звёздные сферы. Она не умерла, эта сила, непрестанно дающая жизнь новым творениям и восстанавливающая разрушенные элементы миров, вычеркнутых из книги жизни.
       Эфирная материя, более или менее разрежённая, наполняющая межпланетное пространство, этот космический флюид, распространённый во всём мире и относительно разрежённый в местах богатых звёздными скоплениями и более сгущённый там, где астральное небо менее блестяще, изменяющийся согласно различным условиям, встречающимся в пространстве, она есть не что иное, как первичная субстанция, в которой пребывают все силы Вселенной и из которой создаётся всё.8
       §172. Этот флюид проникает тела, как океан. В нём пребывает и жизненная сила, порождающая существа и поддерживающая их жизнь в каждом мире, согласно с условиями его устройства. Это - сила, остающаяся в потенциальном состоянии и дремлющая там, где не зовёт её голос какого-нибудь создания. И всякое существо, минеральное, растительное, животное или иное - так как есть ещё многие царства Природы, существование которых вы не подозреваете - умеет, пользуясь этой всеобщей жизненной силой, присвоить себе условия, нужные для его существования и его поддержки.
       Молекулы минерала получают свою сумму этой жизни так же, как растительное семя или животный зародыш, и минеральные частицы группируются, подобно органическим в симметрические фигуры, образующие неделимые единицы.
       Очень важно проникнуться понятием, что первичная космическая материя не только обладает свойствами, обусловливающими устойчивость миров, но ещё и всеобщей жизненной силой, производящей самопроизвольное зарождение в каждом мире, по мере того как в нём появляются условия, необходимые для жизни существ. Это бывает в период сотворения, когда пробьёт час появления детей жизни.
       Так происходит всеобщее Творение, и потому справедливо будет сказать, что явления Природы выражают волю Божью. Бог же всегда созидал, созидает непрестанно и будет созидать всегда.
       §173. Но до сих пор мы умалчивали о духовном мире, который также составляет часть Творения и исполняет своё назначение согласно с величественными предписаниями Господа.
       Я могу сообщить только очень неполные сведения о создании духов по причине собственного моего неведения и ещё должен умалчивать о некоторых вопросах, хотя и имею разрешение их обсуждать.
       Но людям, религиозно любознательным и покорным Богу, я скажу, умоляя их однако не составлять никаких скороспелых гипотез на основании моих слов: дух не получает божественного просвещения, одновременно дающего ему как свободу воли и сознание, так и предчувствие своего высокого назначения, не поднявшись предварительно по божественно предопределённой лестнице низших существ, среди которых медленно вырабатывается его индивидуальность. Только с той минуты, когда Господь запечатлеет на челе его величественный знак Свой, он причислится к человечеству.
       Ещё раз говорю вам: не выводите из моих слов поспешных заключений, пользующихся столь печальной известностью в истории метафизики. Я предпочёл бы умолчать о вопросе, настолько превышающем уровень ваших обычных рассуждений, чтобы не подвергать вас опасности исказить смысл моего изложения и не ввести вас, по моей вине, в непроходимые дебри деизма или фатализма.

Солнце и планеты

       §174. В одной, затерянной среди мириадов миров точке Вселенной, космическая материя сгустилась в виде громадной туманности. Эта туманность была подчинена мировым законам, царящим над материей. И вот, по законам этим, собственно под влиянием силы молекулярного притяжения, она приняла форму сфероида, единственную форму, которую может принять масса материи, изолированная в пространстве.
       Круговое движение, произведённое строго уравновешенным тяготением всех молекулярных поясов к центру, вскоре изменило первоначальную форму сфероида и постепенными переходами от одного движения к другому придало ему чечевицеобразную форму. Мы говорим о туманности в её целом.
       §175. Новые силы возникли вследствие кругового обращения: силы центростремительная и центробежная. Первая, стремящаяся к соединению всех частиц в центре, а вторая к удалению их от него. А так как движение ускорялось по мере сгущения туманности и радиус его удлинялся по мере приближения к чечевицеобразной форме, то центробежная сила, беспрестанно развиваемая обеими этими причинами, необходимо должна была получить перевес над силою центрального притяжения.
       Подобно тому, как слишком быстрое движение пращи обрывает верёвку и отбрасывает тяжесть вдаль, так и перевес центробежной силы оторвал экваториальный пояс туманности и из этого кольца образовалась новая масса, изолированная от первой, но не выходящая из области её влияния. Эта масса сохранила в себе экваториальное движение, которое и превратилось в обращение её вокруг центрального солнца. Кроме того, её новое состояние придало ей ещё движение обращения вокруг собственной оси.
       §176. Первичная же туманность, породившая этот новый мир, сгустилась и вновь приняла сферическую форму; но первоначальная теплота, развиваемая этими различными движениями, ослаблялась чрезвычайно медленно и описанный нами процесс повторялся неоднократно в течение долгого периода, пока туманность не сделалась более густой и достаточно устойчивой, чтобы оказывать действительное сопротивление изменениям формы, производимым в ней её круговым обращением.
       И так она порождала не одно тело, а целые сотни их, отрываемых от центральной массы и происходящих от неё описанным выше способом. И каждый из этих миров, обладающий, подобно первичной массе, единственными силами, образующими небесные тела, со временем породит новые миры, обращающиеся вокруг него точно так, как он в сообществе своих братьев, обращается вокруг источника их существования, их жизни. Каждый из этих миров будет солнцем, т.е. центром вихря планет, постепенно оторвавшихся от его экватора. А планеты эти получат обособленную, им одним свойственную жизнь, хотя и зависящую от общего их родоначальника.
       §177. Таким образом планеты образуются из массы сгущённой, хотя не совсем ещё твёрдой материи, оторванной от центральной массы действием центробежной силы. По законам движения оне принимают сфероидальную, более или менее эллиптическую форму, зависящую от степени их сгущения. Такой планетой и будет Земля, которая до своего охлаждения и образования твёрдой коры, даёт начало Луне, образующейся тем же способом астрального происхождения, каким образовалась и сама Земля. Земля, отныне записанная в книге жизни, будет колыбелью существ, слабость которых охраняется под крылом Божественного Провидения и новою струною зазвучит в арфе миров.

Спутники

       §178. Прежде чем материя, составляющая планеты, охладится настолько, чтобы отвердеть, от неё могут отделиться меньшие массы, настоящая капля жидкости, отрывающаяся от некоторых из них в экваториальном поясе, в котором центробежная сила достигает наибольшего напряжения. По тем же законам движения эти массы приобретают круговое обращение вокруг породившей их планеты подобно тому, как она сама вращается вокруг центрального, образовавшего её светила.
       Так и Земля дала начало Луне, менее значительная масса которой должна была охладиться скорее. Силы и законы, влиявшие на её отделение от земного экватора и её обращение в его плоскости, действовали так, что этот мир, вместо того, чтобы принять форму сфероида, образовал яйцевидное тело удлинённой формы, центр тяжести которого лежит в нижней его части.
       §179. Условия, в которых совершилось отделение Луны, почти не дозволяли ей удалиться от Земли и вынудили её постоянно оставаться в её небе, в виде яйцеобразного тела, наиболее тяжёлые части которого образуют нижнюю, обращённую к Земле оконечность; менее же сгущённые части занимают вершину, если так можно назвать ту часть, которая находится на противоположной, более отдалённой от Земли стороны и возвышающейся к небу. От этого и происходит, что Луна всегда обращается к нам одной стороной. Её можно бы сравнить, чтобы яснее изобразить её геологическое строение, с куском пробки, нижняя часть которой, обращённая к Земле, состояла бы из свинца.
       От этого происходит коренное различие между двумя природами на поверхности Луны: одна, не имеющая ни малейшей аналогии с Землёй, так как все жидкие и флюидические тела ей совершенно чужды; а другая, лёгкая по сравнению с Землёй, так как все самые разрежённые вещества соединились на этом полушарии. Первая часть, всегда обращённая к Земле, лишена воды и атмосферы, иногда только появляющейся на границе верхнего полушария; а другая богата флюидами, но непрестанно отворачивается от Земли.9
       §180. Число и состояние спутников каждой планеты изменялись соответственно условиям их образования. Некоторые планеты совсем не породили ни одного второстепенного тела, как, например, Меркурий, Венера и Марс; а другие образовали один или даже несколько спутников, например, Земля, Юпитер, Сатурн и прочие.10
       §181. Кроме спутников или лун, планета Сатурн представляет ещё одну особенность: её окружает кольцо, которое издали имеет вид как бы белого светящегося венца. Это явление может служит для нас новым подтверждением всеобщности законов Природы. Это кольцо, действительно, отделилось в первобытные времена от экваториального пояса Сатурна, подобно тому, как такая же полоса отделилась от экватора Земли и образовала её спутник. Разница только в том, что кольцо Сатурна во всех своих частях представляло однородные, вероятно, уже достаточно сгущённые элементы, которые позволили ему продолжать своё вращательное движение в прежнем направлении и с быстротою почти одинаковою с движением планеты. Если бы какая-либо часть этого кольца была более сгущена, чем другие, то образовались бы неравномерные скопления вещества и Сатурн получил бы один или несколько новых спутников. Со времени своего образования это кольцо уплотнилось так же, как и другие планетные тела.

Кометы

       §182. Блуждающие светила, кометы, переносящиеся на большие расстояния, чем планеты, будут нашими проводниками за пределами системы, к которой принадлежит наша Земля, и с ними мы перенесёмся в отдалённейшие области звёздных пространств.
       Но прежде, чем исследовать небесные пространства с помощью этих всемирных путешественниц, будет полезно, насколько возможно, ознакомиться с их внутренним строением и их ролью в отношении к планетам.
       §183. Многие видели в этих волосатых звёздах рождающиеся миры, в первобытном хаосе вырабатывающие условия жизни, свойственные всем обитаемым землям.
       Некоторые воображали, что эти необыкновенные тела представляют разрушающиеся миры, странный вид которых всегда подавал повод к самым разнообразным соображениям насчёт их природы. Доходило даже до того, что астрология считала их предвестниками несчастий, посылаемых Провидением на удивлённую и трепещущую Землю.
       §184. Закон разнообразия так распространён во всех произведениях Природы, что невольно спрашиваешь себя, как могли естествоиспытатели, астрономы и философы сравнивать кометы с планетами и видеть в них тела, находящиеся в состоянии большего или меньшего развития или разрушения. Наблюдение должно было с достаточной ясностью доказать им, что тут не существует сходства и что кометам нужно оставить их скромную, но полезную роль бродячих тел, служащих разведчиками между солнечными системами. Эти небесные тела не имеют ничего общего с планетами и не предназначаются для жительства человеческих родов. Они переходят от одного солнца к другому, подчас обогащаясь по пути планетными обломками, обращёнными в пары, и поглощая в этих сферах живительные элементы, которые они изливают на земные миры.
       §185. Если бы мы попытались мысленно последовать за одним из этих светил, когда оно, приблизившись к нашей маленькой планете, пересекает её орбиту и удаляется к своему апогею, находящемуся на неизмеримом расстоянии от Солнца, мы вместе с ним посетили бы звёздные сферы и пронеслись через неизмеримое пространство, наполненное эфирною материей, отделяющей Солнце от ближайших к нему звёзд. Наблюдая движение этого светила, как бы затерянного в пустынях бесконечности, мы и тут нашли бы красноречивое доказательство всеобщности законов Природы, действующих в таком отдалении, какое при самом живом воображении едва постижимо человеку.
       Тут эллиптическая форма превращается в параболическую, и движение замедляется до такой степени, что комета проходит только несколько метров в то время, какое, находясь в перигее, она употребила на переход в несколько тысяч миль. Может случиться, что солнце более могущественное, чем то, какое она покинула, окажет на неё более сильное притяжение и примет её в число своих собственных подданных. Тогда удивлённые жители вашего маленького мира, предсказавшие её возвращение на основании недостаточно полных наблюдений, напрасно будут ожидать её. В таком случае мы, следя мысленно за блуждающим в неведомых пространствах светилом, будем свидетелями явлений, недоступных земных взорам, невообразимых даже для духов, живущих на Земле, и непостижимых для их мысли, потому что всё это будут неизведанные и неисповедимые для них тайны. 
       Теперь мы достигли астрального мира, этого блистающего мира обширных солнц, сияющих в бесконечном пространстве, как ослепительно яркие цветы великолепного цветника Творения. Только тут мы узнаем, что такое Земля.

Млечный путь

       §186. В ясные летние ночи, звёздные, но не освещённые луною, всякий может заметить беловатую полосу, пересекающую небо от одного края до другого; эту полосу древние назвали Млечным Путём вследствие её беловатого цвета. Этот рассеянный свет, многократно исследованный новейшими телескопами, этот путь, усеянный золотым песком или молочный поток древних мифологий превратился в обширное поле неизведанных чудес. Изыскания и наблюдения привели к знакомству с истинной его природой и там, где глаз различал только слабое свечение, открылись миллионы солнц, более лучезарных и обширных, чем то, которое нас освещает.
       §187. Млечный Путь есть действительно поле, усеянное солнечными планетными цветами, сияющими на всём его обширном протяжении. Наше Солнце и все сопровождающие его тела принадлежат к числу блестящих светил, из которых состоит Млечный Путь; но несмотря на гигантские размеры Солнца по сравнению с земным шаром и на обширность его системы, оно всё-таки занимает едва заметное место среди этого величественного скопления светил. Можно насчитать до 30 миллионов солнц, подобных нашему, вращающихся в этой громадной полосе и отстоящих одно от другого более чем на 100 тысяч поперечников земной орбиты.11
       §188. По этим приблизительным соображениям можно судить об обширности этой звёздной области и об отношении нашей солнечной системы к остальным, составляющим эту область системам. Можно судить также о незначительности нашей системы и тем более о ничтожности величин нашей маленькой Земли. Что же было бы, если сравнить эти величины с населяющими земной шар существами?
       Я говорю о ничтожности Земли не только в отношении матерьяльного пространства и физического состояния изучаемых нами тел (это было бы не много), но главным образом - о моральном состоянии её обитателей и занимаемом ими месте в иерархической лестнице существ. Там проявляется Творение во всём своём величии, создающее и распространяющее вокруг солнечной системы, во всех обступивших её со всех сторон системах, проявления жизни и разумного сознания.
       §189. Таким образом мы узнаем, какое положение занимают наше Солнце и наша Земля среди других небесных тел; но эти соображения приобретут ещё большее значение, если мы подумаем о состоянии самого Млечного Пути, который в бесчисленности звёздных миров представляет также совершенно незаметную величину: Млечный Путь - не что иное, как звёздная туманность, каких существуют тысячи в пространстве. Если же она нам кажется обширнее и богаче других туманностей, то это происходит единственно от той причины, что он нас окружает и развёртывается перед нашими глазами во всю свою величину, тогда как другие туманности, исчезающие в неизмеримых глубинах пространства, едва видимы для нас.
       §190. Итак, зная, что Земля ничто или почти ничто в сравнении с солнечной системой; эта же последняя - ничто или почти ничто среди Млечного Пути; а Млечный Путь - ничто или почти ничто между бесчисленным количеством туманностей, и самая эта бесчисленность - весьма малая величина в бесконечности Творения, начинаешь понимать, что такое земной шар.

Неподвижные звёзды

       §191. Звёзды, называемые неподвижными и видимые на обоих полушариях неба, не изъяты от всякого внешнего притяжения, как это обыкновенно предполагают. Далеко нет: оне все принадлежат к одному и тому же звёздному скоплению. А это скопление - не что иное, как большая туманность, к которой мы принадлежим, экваториальный пояс, который, развёртываясь среди неба, получил название Млечного Пути. Все, составляющие её солнца, солидарны между собой, их взаимные влияния непрестанно передаются с одного из них на другое и всеобщее тяготение соединяет их в одну семью.
       §192. Среди этих многочисленных солнц большая часть, подобно нашему Солнцу, окружена второстепенными мирами, которые ими освещаются и оплодотворяются по тем же законам, какие проявляются в жизни нашего планетного мира. Одни из них, как Сириус, в тысячу раз великолепнее, обширнее, богаче нашего Солнца, значение их во Вселенной важнее и окружающие их планеты многочисленнее и совершеннее наших. Другие же значительно отличаются от нашего Солнца своими астральными особенностями. Так, некоторые из них, настоящие близнецы звёздного мира, постоянно сопровождаются своими братьями одинакового возраста и образуют двойные системы, которым Природа дала совсем другое назначение, чем нашему Солнцу.12 Тут годы измеряются уже не теми периодами, а дни не теми солнцами, и эти миры, освещённые двойными светилами, получили в удел условия существования, невообразимые для существ, не выходивших из нашего маленького земного мира.
       Другие светила, лишённые планет и какой бы то ни было свиты, получили наилучшие жизненные элементы, какие где-либо встречаются. Вообще законы Природы разнообразятся до бесконечности, и в них одинаково совмещаются как единство, так и бесчисленные различия.
       §193. Несмотря на неимоверное количество этих звёзд и их систем, несмотря на разделяющие их неизмеримые расстояния, оне все принадлежат к одной звёздной туманности, которую едва могут окинуть взоры самых сильных телескопов и самое смелое воображение едва в силах перешагнуть. И такая туманность есть только единица среди туманностей, составляющих мир небесных тел.
       §194. Звёзды, называемые неподвижными, в действительности не неподвижны в пространстве, и созвездия, фигуры которых изображают на своде небесном, не представляют реальных символических знаков. Расстояние от Земли и перспектива, в которой они являются с точки зрения этого пункта, вот две причины, производящие этот оптический обман. (См. "Книга Бытия, Чудеса и Предсказания в объяснении Спиритизма", Гл.V, §152.)
       §195. Мы видели, что всё количество светил, украшающих свод небесный, принадлежит к одному космическому скоплению, к одной и той же туманности, которой вы даёте название Млечного Пути; но, хотя они и составляют одну общую группу, тем не менее каждое из них имеет своё собственное поступательное движение в пространстве: абсолютного покоя не существует нигде. Они управляются всемирным законом тяготения и вращаются в пространстве под непрестанным действием этой громадной силы. Они катятся по путям, обозначенным не случайными причинами, а по замкнутым орбитам, центр которых составляет светило высшего масштаба. Чтобы слова мои были более понятны, приведу в пример наше собственное Солнце.
       §196. Современными наблюдениями установлено, что оно не неподвижно и не центрально, как это думали в первые дни астрономической науки; оно подвигается в пространстве, увлекая за собой свою обширную систему планет, спутников и комет.
       И поступательное движение это не случайно; Солнце не блуждает наугад в пустынях бесконечности, уводя с собой своих детей и подданных. Нет, путь его измерен, и оно, сообща с другими солнцами того же разряда и также окружёнными обитаемыми землями, вращается вокруг центрального светила. Но движение его и его братьев-светил недоступно ежегодным наблюдениям астрономов, потому что многочисленных вековых периодов едва было бы достаточно, чтобы измерить один из этих астральных годов.
       §197. Центральное же солнце, о котором мы только что говорили, есть также второстепенное светило относительно другого, более высокого, около которого оно, в сообществе подобных себе солнц, совершает медленные и размеренные обороты.
       Мы могли бы установить это последовательное подчинение солнца - солнцу, пока наше воображение не утомится таким восхождением по иерархическим ступеням, так как надо помнить, что в одном Млечном Пути насчитывается до 30 миллионов солнц, подчинённых одно другому подобно гигантским колёсам громадного механизма.
       §198. И все эти бесчисленные светила живут одной общей солидарной жизнью. Как в экономии вашего маленького земного мира всё объединяется, так и в неизмеримых пространствах Вселенной нет ничего разобщённого.
       Все эти системы могут показаться философу-наблюдателю, способному одним взглядом окинуть картину времени и пространства, вихрями золотой пыли, взлетающими от дуновения Божества, подобно песчинкам, подымаемым ветром на краю пустыни.
       Нет более неподвижности, нет молчания, нет ночи! И это дивное зрелище, расстилающееся перед нашими глазами, и есть величественное Творение, охватываемое одним взглядом Создателя.
       Но до сих пор мы говорили только об одной туманности; и все эти миллионы солнц, эти миллионы обитаемых миров составляют, как мы сказали, только один остров в архипелаге Беспредельности.

Пустыни пространства

       §199. Огромная, бесконечная пустыня распространяется за скоплением звёзд, о котором мы только что говорили, и окружает его. Пустота следует за пустотой и безграничность пустыни распространяется в Беспредельности. Скопления космической материи рассеяны в пространстве подобно островам громадного архипелага; чтобы сколько-нибудь оценить громадность расстояния, разделяющего туманность, к которой мы принадлежим, от ближайших к ней скоплений, нужно знать, что эти звёздные острова разбросаны и редки в небесном океане и что пространство, отделяющее их один от другого, гораздо больше того, каким измеряются расстояния внутри их границ.
       Вы помните, что наша звёздная туманность в круглых числах насчитывает взятое тысячу раз расстояние между ближайшими звёздами, принимаемое за единицу, т.е. около ста тысяч триллионов миль. А расстояние, находящееся между туманностями гораздо обширнее и не может быть выражено числами, доступными нашему пониманию. Только воображение, и то в высших своих представлениях, способно преодолеть эту неизмеримость, перейти эти безмолвные и лишённые всякого признака жизни пустыни и созерцать эту относительную бесконечность.
       §200. Однако эта небесная пустыня, со всех сторон окружающая нашу звёздную Вселенную, обнимается взором и бесконечным могуществом Всевышнего, Который и за пределами этих небес наших небес, развернул ткань Своих бесконечных созданий.
       §201. Действительно, за этими громадными пустынями сияют новые миры, не уступающие великолепию тех, которые доступны человеческим взорам, за этими пустынями плавают в прозрачном эфире целые оазисы миров, непрестанно являющих чудные картины бесконечно разнообразной жизни. Там появляются также отдалённые скопления космической материи, наблюдаемые глубоким взглядом телескопов сквозь прозрачную завесу нашего неба, туманности, называемые вами неразрешимыми; оне кажутся вам лёгкими облаками белой пыли, плавающей в неведомой дали эфирного пространства. В них открываются и развиваются новые миры, разнообразные жизненные условия которых чужды вашему миру, невообразимы и непонятны вам. Тут во всей полноте своей сияет творческое могущество; а пришелец, вышедший из пределов вашей системы, встречает тут действие иных законов, иных сил, направляющих жизненные явления. Когда мы следуем по новым путям, открывающимся нам в этих дивных странах, то нам являются совершенно новые и неизвестные перспективы.
       В астрономии "неразрешимой" называется туманность, не разлагающаяся на составляющие её звезды. Сначала такие туманности считались скоплением космической материи, сгущающейся для образования миров; но теперь думают, что вид их зависит от отдаления и что с достаточно сильными инструментами все туманности были бы разрешимы.
       Простое сравнение может дать некоторое, хотя и очень несовершенное, понятие о разрешимых туманностях: это букеты искр, выбрасываемых фейерверочными ракетами в момент их взрыва. Каждая такая искра изображает нам звезду, а вся масса их - туманность или скопление звёзд, собранных на известном пункте и подчинённых общему закону тяготения и движения. Видимые на известном расстоянии, эти искры едва различимы и имеют вид маленького облачка дыма. Это сравнение было бы неточно, если бы дело шло о сгущённой космической материи.
       Наш Млечный Путь и составляет подобную туманность, насчитывающую до 30 миллионов звёзд или солнц, которые занимают несколько сот триллионов миль пространства; но это не самое большое скопление. Если мы предположим, что в среднем около каждого солнца вращается до 20 обитаемых планет, то это составит около 600 миллионов миров в одной только нашей группе.
       Если бы мы могли перенестись из нашей туманности в другую, то мы оказались бы там, как среди нашего Млечного Пути, но со звёздным небом совершенно другого вида; а наша туманность, несмотря на свои колоссальные размеры относительно нас, показалась бы нам в отдалении небольшим чечевицеобразным клочком, затерянным в Беспредельности. Но прежде, чем бы мы достигли другой туманности, мы были бы подобны страннику, покинувшему один город и проходящему по обширной, необитаемой стране, прежде чем достигнет другого города; нам пришлось бы перейти неизмеримые пространства, лишённые звёзд и миров, пространства, которые я когда-то назвал "пустынями пространства". По мере нашего продвижения наша туманность исчезала бы за нами и уменьшалась бы в своих размерах, а перед нами появлялась бы та, к которой мы приближаемся, представляясь нашим взорам всё с большею отчётливостью подобно снопу искр в фейерверке. Переносясь мысленно за пределы архипелага нашей туманности, мы увидим вокруг себя миллионы подобных архипелагов, самых различных форм, заключающих каждый миллионы солнц и сотни миллионов обитаемых миров.
       Всё, что может ознакомить нас с бесконечностью пространства и со строением Вселенной, полезно для расширения наших понятий, столь сильно суженных ходячими верованиями. Бог вырастает в наших глазах по мере того, как мы уясняем себе величие Его творения и собственное наше ничтожество. Мы далеки, как это видно из предыдущего, от верования, взятого из Моисеевой "Книги Бытия", в то, будто наша маленькая, едва заметная Земля была главным творением Божиим, а жители её единственными предметами Его заботы. Мы понимаем тщеславие людей, думающих, что всё в мире создано для них, и тех, которые смеют обсуждать существование Всевышнего. Через несколько веков будут удивляться тому, что религия, созданная для прославления Бога, могла до такой степени унизить Его и оттолкнуть как измышления Духа зла те открытия, которые могли только увеличить наше удивление перед всемогуществом Божьим и посвятить нас в тайны Творения. Этому будут ещё более удивляться, когда узнают, что эти открытия были отвергнуты потому, что они должны были освободить умы человеческие и уничтожить первенство тех, которые считали себя представителями Бога на земле.

Вечная последовательность миров

       §202. Мы видели, что один первоначальный и общий закон был дан миру для упрочения его вековечной устойчивости и что действие этого общего закона заметно для нас в явлениях, производимых основными силами Природы. Теперь мы хотим доказать, что гармония всего мира, рассматриваемого в двойном отношении времени и пространства, обеспечивается этим высшим законом.
       §203. Действительно, восходя к происхождению первобытных скоплений космического вещества, мы замечаем, что под влиянием этого закона материя претерпевает необходимые изменения, ведущие её от зародыша к зрелому плоду, и что побуждение различных сил, порождённых тем же законом, заставляет её пройти всю лестницу своих периодических превращений. Прежде это - центр флюидических движений, потом - начало, образующее миры, и наконец - центральный и притягательный очаг происшедших от него сфер.
       Мы уже знаем, что эти законы направляют ход истории Космоса; но нам остаётся ещё узнать, что они же приводят к разрушению светил на том основании, что смерть не только метаморфоза живого существа, но и превращение инертной материи. Если и справедливо говорить, в буквальном смысле, что только жизнь доступна истребляющей косе смерти, то столь же правильно прибавить, что вещество должно также необходимо пройти через все превращения, свойственные его строению.
       §204. Мир прошёл от первоначальной колыбели своей весь ряд годов, какой его специальная организация дозволяла ему пережить. Внутренний очаг его жизни погас, и элементы его потеряли свою прежнюю силу. Явления Природы, требующие наличия деятельных сил, принадлежавших этому миру, прекратились навсегда, потому что рычаг их деятельности не имеет более точки опоры, дававшей ему всю его энергию.
       Думаете ли вы, что эта угасшая и безжизненная Земля будет продолжать своё вращение в небесных пространствах и без цели, подобно бесполезному пеплу, носиться в вихре миров? Думаете ли вы, что она останется записанной в книге жизни, когда она уже превратилась в мёртвую и лишённую смысла букву? Нет. Те же законы, которые извлекли её из тёмного хаоса и одарили всем великолепием жизни, те же силы, которые управляли ею в века её отрочества, руководили первыми шагами её детства и сопутствовали ей до её зрелого возраста и старости, будут управлять разложением её составных элементов, чтобы возвратить их в лабораторию, из которой творческая сила непрестанно черпает матерьялы всеобщей устойчивости. Эти элементы возвратятся в общую массу эфира, чтобы слиться с другими телами или возродить другие солнца. И эта смерть не останется бесполезной для Земли и её сестёр: она возобновит в других условиях новые творения различного характера и там, где угасла жизнь целых систем миров, скоро возродится новый цветник, более блестящий и более благоухающий.
       §205. Так реальная, действительная вечность Вселенной обеспечивается теми же законами, какие управляют явлениями временными; так миры следуют за мирами, солнца за солнцами, и никогда не нарушается ход величественного механизма Вселенной.
       Там, где под покровом ночи взоры ваши с восторгом останавливаются на величественных светилах, где ум ваш благоговеет перед чудным сиянием, блистающим в дали пространства, давно уже под рукою смерти угасло всякое великолепие, давно пустота заменила блеск светил или возникли даже новые, неизвестные ещё творения. От громадного отдаления звёзд, лучи которых могут дойти до нас только через тысячи световых лет, происходит то, что мы только теперь воспринимаем свет, коий оне посылали нам ещё до сотворения Земли, и мы будем любоваться ими ещё тысячи лет после их действительного исчезновения.13
       Что значат перед вековыми периодами шесть тысяч лет исторического человечества? Секунды ваших веков! Что значат ваши астрономические наблюдения перед истинным состоянием мира? Тень, исчезающая перед солнцем!
       §206. И тут опять, как и в прежних беседах наших, мы должны притти к заключению, что Земля и человек - ничто в сравнении с тем, что есть; мы должны признать, что колоссальнейшие соображения нашей мысли распространяются только ещё на неизмеримо малое пространство в сравнении с величием и бесконечностью мира, со Вселенной, которая будет всегда.
       Когда над нашими головами пройдут все периоды нашей бессмертной жизни, когда история Земли будет казаться нам туманной тенью в глубине наших воспоминаний; когда мы перейдём в течение бесчисленных веков все ступени нашей космологической иерархии; когда в бесчисленных странствиях мы исследуем отдалённейшие страны будущих веков, тогда откроется перед нами беспредельная последовательность миров, а за ними перспектива неподвижной вечности.

Вселенская жизнь

       §207. Такое бессмертие душ, в основании которого находится физический мир, кажется воображаемым в глазах некоторых предубеждённых мыслителей: они иронически называют его странствующим бессмертием и не понимают, что оно одно истинно перед лицом Творения. Но нетрудно будет объяснить всё его величие, я скажу даже, всё его совершенство.
       §208. Что творения Божии созданы для мысли и разума, что миры населены существами, которые их созерцают и под их покровом открывают могущество и премудрость Творца, это для нас несомненно. Но что населяющие их души солидарны между собой, вот что необходимо и важно усвоить.
       §209. Человеческому разуму трудно смотреть на блистающие в пространстве радостные светила, как на простые массы инертной и безжизненной материи, ему трудно подумать, что есть в этих дальних странах чудные зори, блистающие ночи, плодотворное солнце и полные света дни, долины и горные вершины, где многоразличные произведения Природы развёртывают всю роскошь своего богатства; ему трудно вообразить, говорю я, чтобы это божественное зрелище, в котором дух может подкрепляться, как в собственной жизни, было лишено мыслящего существа, способного к сознанию.
       §210. Но к этой действительно верной мысли надо прибавить идею о солидарности человечества, в которой и лежит тайна вечной жизни.
       Одна человеческая семья была создана во всеобщности миров, и братские связи, ещё не оценённые вами, были даны этим мирам. Если эти, гармонирующие в своих обширных системах светила населены разумными существами, то не такими, какие были бы неизвестны друг другу, но духами, носящими на челе знак одинаковой судьбы, предназначенными встречаться мимолётно в превратностях жизни и стремиться к соединению взаимно симпатизирующих. Это великая Семья духов, населяющих небесные тела; это лучезарное сияние Духа Божия, обнимающего всё протяжение небес и остающегося первоначальным и конечным типом всякого духовного совершенства.
       §211. Какое странное заблуждение не допускать бессмертной жизни в обширные пространства эфира и заключать её в неприемлемо узкие пределы абсолютной двойственности? Разве истинная система мироздания должна была предшествовать истинной догматике, а наука теологии? И будет ли теология ошибаться до тех пор, пока будет основываться на метафизике? Ответ не затруднителен и показывает, что новая философия с торжеством воссядет на развалинах старой, потому что основание её будет возвышено победою над старыми заблуждениями.

Разнообразие миров

       §212. Вы следовали за нами в наших небесных странствиях и посещали с нами обширные области пространства. Перед нашими глазами прошли солнца за солнцами, системы за системами, туманности за туманностями; перед нами развернулась чудная панорама гармонии Космоса, и мы предвкушали идею бесконечности, которая останется непонятною нам во всём своём объёме, пока мы не достигнем нашего будущего совершенства. Загадочные тайны эфира, до сих пор не разрешимые, открылись нам, и мы получили по крайней мере понятие об универсальности вещей. Теперь нам нужно остановиться и одуматься.
       §213. Без сомнения прекрасно, что мы признали ничтожество Земли и незначительность её в иерархии миров; прекрасно, что мы принизили человеческое самомнение, столь нам дорогое, и смирились перед высшим величием; но будет ещё прекраснее истолковать нравственный смысл чудного зрелища, которым мы наслаждались. Я хочу сказать о могуществе Природы и о том понятии, которое мы должны себе составить о её проявлениях в разных частях Вселенной.
       §214. Мы привыкли судить обо всём по тому, что делается в нашей маленькой обители; и мы воображаем, что Природа не могла или не должна была действовать в других мирах иначе, как по тем правилам, какие мы узнали на своём. В этом-то именно отношении мы должны исправить наши суждения.
       Бросьте на минуту взгляд на какую-нибудь область вашего земного шара, на какое-нибудь произведение вашей природы: не найдёте ли вы тут печати бесконечного разнообразия и доказательства беспримерной деятельности? Не видите ли вы на крылышке канарейки, на розовом лепестке чудодейственную производительность этой прекрасной Природы?
       Направьте ваше внимание на летающих в воздухе существ, взгляните на лесную фиалку, опуститесь в глубину океана, везде и во всём вы прочтёте одну общую истину: всемогущая Природа во всём действует согласно месту, времени и обстоятельствам; она едина в общей гармонии и многоразлична в своих произведениях; она играет с Солнцем, как с каплей воды, и населяет живыми существами громадные миры с такою же лёгкостью, как вылупляет яичко, положенное осеннею бабочкой.
       §215. Если таково разнообразие, которое проявляется в Природе нашего маленького, столь ограниченного пространством мира, как оно должно ещё расшириться в пределах обширных миров! Как оно должно развиться и усилить своё могущество в тех чудных мирах, которые гораздо больше Земли выражают его недосягаемое совершенство!
       Не видите ли вы вокруг каждого солнца в пространстве системы, подобные вашей планетной системе; не видите ли на этих неизвестных планетах трёх царств Природы, красующихся вокруг вас? Но подумайте, что как ни одно человеческое лицо не похоже на другое лицо во всём роде человеческом, так невообразимое, чудесное разнообразие распространено в эфирных обителях, плавающих в пространстве.
       Из того, что органическая жизнь у вас начинается с зоофита, чтобы окончиться человеком, что атмосфера питает жизнь на Земле, а воды её возрождают, что по временам года изменяются явления, их отличающие, не заключайте, чтобы миллионы миллионов земных шаров, плавающих в пространстве, были подобно вашему; далеко нет: они разнятся в условиях, свойственных каждому из них и приноровленных к значению их на сцене мира; это разноцветные камни громадной мозаики, цветы, разнообразящие самый великолепный цветник.


1 Эта глава извлечена из серии сообщений, данных в Парижском Обществе спиритических исследований в 1862 и 1863 гг. под названием "Уранографические этюды" и подписанных именем Галилея. Медиум г-н К.Ф<ламмарион>. (А.К.)
       Мы надеемся, что читатель сможет по достоинству оценить, сколь превосходно разработано на этих страницах учение о Беспредельности и Вечности. (Й.Р.)

2 Это, конечно, преувеличение: за мгновение при подобной скорости перенестись на такое расстояние невозможно. И на таком расстоянии Солнце не то что "помрачится", но исчезнет без следа вместе с окружающими его звёдными системами. (Й.Р.)
3 Курсив наш. Лучше бы автору сообщения было сказать "с быстротою мысли", тогда бы не было никакой натяжки. (Й.Р.)
4 Напоминаем, что автором этих строк является Галилео Галилей. (Й.Р.)
5 Главными простыми телами считаются из неметаллических: кислород, водород, азот, хлор, углерод, фосфор, сера, и йод; к металлическим принадлежат: золото, серебро, платина, ртуть, свинец, олово, цинк, железо, медь, мышьяк, сода, поташ, кальций, алюминий и проч. (А.К.)
6 Таково также положение отрицателей Мира Духов, когда, покинув свою телесную оболочку, они поражаются видом новых, открывающихся им горизонтов этого мира. Тогда они понимают всю пустоту теорий, которыми хотели вывести всё из одной материи. Но и тут многое ещё остаётся скрытым от них, и многие тайны открываются им только постепенно, по мере их очищения. Однако, уже с первых своих шагов в этом новом мире они бывают вынуждены сознаться в своём ослеплении и в том, как они были далеки от истины. (А.К.)
7 Мы всё относим к тому, что знаем, и не можем понять того, что выходит за пределы наших чувств. Так, слепой от рождения не понимает света и не признаёт пользы зрения. Возможно, что в другой среде космическая материя представляет свойства или сочетания, о каких мы не имеем понятия; может быть, она производит явления, приспособленные к неизвестным нам потребностям, при чём получаются и неведомые для нас впечатления. Мы не понимаем, например, чтобы можно было видеть без телесных глаз и без света, но почему мы знаем, что не существует других условий, кроме света, к которым приноровлены и другие организмы? Примером этого может служить сомнамбулическое зрение, которому не препятствует ни расстояние, ни матерьяльные преграды, ни темнота. Предположим, что в каком-нибудь мире существа нормально находятся в том состоянии, в каком наши сомнамбулы бывают только исключительно. Им не нужны ни наш свет, ни наши глаза, однако, они видят то, чего мы видеть не можем. То же можно сказать и обо всех остальных чувствах. Условия жизни, ощущения, впечатления и потребности изменяются вместе со средой. (А.К.)
8 Если бы нас спросили, в чём источник этих сил и как оне могут происходить от самой субстанции, в которой проявляются, то мы могли бы ответить, что механика представляет немало примеров такого рода. Упругость пружины не в ней ли самой находится и не зависит ли от молекулярного сцепления её частиц? Тело, подчиняющееся центральной силе, получает направление от сообщённого ему первого импульса. (А.К.)
9 Эта совершенно новая теория о Луне объясняет на основании закона тяготения, почему этот спутник всегда обращается к Земле одной стороною. Центр его тяжести, вместо того, чтобы находиться в середине сфероида, приближён к одной стороне его поверхности. Следовательно, эта сторона притягивается к Земле сильнее, чем части более лёгкие; таким образом, положение Луны напоминает детскую игрушку, носящую название "ванька-встанька", постоянно подымающуюся на своём основании, а планеты, у которых центр тяжести расположен на одинаковом расстоянии от поверхности, правильно вращаются вокруг своей оси. Поэтому на Луне все живительные флюиды, газообразные или жидкие, благодаря своей лёгкости собираются на верхнем полушарии, всегда противоположном Земле; нижнее же полушарие, единственно известное нам, лишено этих флюидов и, стало быть, неспособно производить жизнь, которая по этой причине и сосредоточена на другой стороне. Если верхнее полушарие обитаемо, то жители его никогда не видали Земли, разве во время путешествий на нижнее полушарие, что едва ли возможно для них, когда оно не представляет необходимых условий жизненности.
       Эта теория, с виду столь рациональная и научная, не подтвердилась, однако, до сих пор никаким прямым наблюдением и потому может быть принята только как гипотеза, могущая послужить ступенью для науки; но нельзя отрицать, что это единственное, сколько-нибудь удовлетворительное объяснение особенностей Луны, когда-либо полученное наукой. (А.К.)

10 Дух рассуждает здесь в полном согласии с понятиями нашей астрономии в XIX веке, и о двух спутниках Марса он предпочёл не только умолчать, но и поместил эту планету в ряду с другими, напрочь лишёнными спутников. (Й.Р.)
       Встаёт вопрос, не мог ли медиум напутать и смешать списки планет со спутниками и без оных. (webmaster) 

11 Более 3 триллионов 400 биллионов миль. (А.К.)
12 В астрономии они называются двойными звёздами. Это два солнца, вращающиеся одно вокруг другого, как планета вокруг своего солнца. Каким странным и великолепным зрелищем должны пользоваться жители этих миров, освещённых двойными светилами, и как условия их жизни должны мало походить на наши!
       В сообщении, данном позднее, дух Галилея ещё прибавляет: "Есть системы, ещё более сложные, в которых различные солнца взаимно являются спутниками одно для другого. Тогда происходят самые чудесные световые явления в мирах, освещённых таким образом. Несмотря на кажущееся сближение светил, между ними могут вращаться обитаемые планеты, которые и принимают эти волны различно окрашенного света, восстанавливающего в соединении своих лучей - белый свет. (А.К.)

13 Это явление происходит от времени, которое нужно свету для прохождения пространства. Скорость его равняется 70.000 миль в секунду, и луч Солнца доходит до нас за 8 минут 13 сек. Следовательно, всякое явление, происходящее на поверхности Солнца, будет видимо для нас на 8 минут позднее, и по той же причине мы ещё будем видеть его через 8 минут после его исчезновения. Если же, по причине отдаления, луч звезды употребляет тысячу лет, чтобы дойти до нас, то мы увидим эту звезду только через 1000 лет после её появления. (См. для объяснения и подробного описания этого явления "Revue Spirite" за март 1867г. стр. 93-151; отчёт "Lumen" К.Фламмариона.). (А.К.)