Методы убеждения и переубеждения противников спиритизма

 

Глава Третья


МЕТОДЫ УБЕЖДЕНИЯ И ПЕРЕУБЕЖДЕНИЯ ПРОТИВНИКОВ СПИРИТИЗМА


    Метод убеждения применительно к матерьялистам; к матерьялистам по убеждению и матерьялистам за недостатком лучшего - Скептики по невежеству, по злой воле, из соображений интереса и недостатка веры, по малодушию, по религиозным соображениям, по разочарованию - Четыре класса спиритов: спириты-наблюдатели, или экспериментаторы; спириты несовершенные; спириты христианские или истинные; спириты экзальтированные - Наилучший порядок, коему стоит следовать, изучая Спиритизм


§18. У всех последователей Спиритизма является желание весьма естественное и весьма похвальное, которое нельзя не поощрять: желание приобретать новых приверженцев этого Учения. Имея в виду облегчение принимаемой ими на себя обязанности, мы намерены исследовать здесь путь самый верный, по нашему мнению, ведущий к этой цели; этим мы надеемся избавить их от излишнего труда.
    Мы сказали, что Спиритизм - это целая наука, целая философия. Поэтому тот, кто желает знать её серьёзно, должен прежде всего принудить себя к изучению последовательному и убедиться, что нельзя изучить её шутя, точно так же как и всякую другую науку. Спиритизм касается всех вопросов, интересующих человечество; поле действий его обширно, и нужно обращать внимание в особенности на его последствия. Верование в духов составляет, без сомнения, его основание, но оно столь же недостаточно для того, чтобы сделать просвещённого спирита, как вера в Бога недостаточна для того, чтобы сделать теолога. Посмотрим, каким образом нужно приступить к этому преподаванию, чтобы скорее убедить человека.
    Пусть последователи не пугаются слова "преподавание". Оно может раздаваться не только с кафедры; и простой разговор может быть преподаванием. Каждое лицо, старающееся убедить другое путём объяснений или опытов, проповедует своё убеждение. Мы желаем только, чтобы труд его был употреблён с пользой, и для этого считаем нужным дать некоторые советы, коими могут воспользоваться и те, которые желают узнать истину сами; они найдут здесь средство вернее и скорее достигнуть цели.
§19. Вообще думают, что для убеждения достаточно показать факты. Это действительно кажется путём самым логичным, а между тем наблюдения показывают, что это не всегда лучший путь, потому что есть люди, которых самые очевидные факты нимало не убеждают. Отчего же это происходит? Вот что мы постараемся объяснить.
    В Спиритизме вопрос о духах есть вопрос второстепенный, вытекающий как следствие; он не должен быть началом проповедования, и в этом-то именно заключается заблуждение, в которое впадают многие и которое часто мешает убеждению некоторых лиц. Так как духи суть не что иное, как души людей, то настоящим началом должно быть существование души. Каким же образом матерьялист может допустить, что существа живут вне матерьяльного мира, когда он думает, что он сам есть только одна материя? Каким образом может он поверить, что есть духи вне его, когда он не верит, что в нём самом есть дух? Тщетно будут собирать перед ним доказательства самые очевидные, он будет оспаривать их все, потому что не допускает основания. Всякое методическое учение должно итти от известного к неизвестному. Для матерьялиста это известное - материя. Начинайте же с материи и старайтесь, прежде всего, посредством наблюдений убедить его, что в нём есть что-то, не подчиняющееся законам материи; одним словом, прежде, нежели сделать его спиритом, старайтесь сделать его спиритуалистом. Но для этого нужно действовать совершенно иначе, нужно вести преподавание своё другими способами; говорить ему о духах прежде, нежели он будет убеждён, что имеет душу, значит начинать с того, чем должно кончить, потому что он не может допустить заключения, не допуская начала. Следовательно, прежде, чем убеждать неверующего фактами, необходимо удостовериться в его мнении относительно души, то есть верит ли он в её существование, в её переживание тела, в её индивидуальность после смерти. Если его ответ отрицателен, то вы напрасно будете говорить ему о духах. Вот правило; мы не говорим, чтобы оно было без исключений, но в таком случае, вероятно, должна скрываться причина, делающая человека менее упорным.
§20. Между матерьялистами надо различать два класса. В первом мы ставим тех, которые сделались матерьялистами вследствие системы; у них это не сомнение уже, а решительное отрицание, обдуманное по-своему. В их глазах человек есть машина, которая действует, пока она заведена, которая портится и от которой после смерти остаётся только один остов. К счастью, число их весьма ограниченно и нигде не составляет школы явно признаваемой;1 мы не считаем нужным распространяться о гибельных последствиях подобного учения для общественного порядка, мы довольно подробно изложили этот предмет в "Книге Духов" (N 147 и заключение III).
    Когда мы сказали, что сомнение прекращается у неверующих вследствие разумных объяснений, то этого нельзя отнести к матерьялистам, отвергающим всякое разумное начало вне материи. Большая часть из них упорствует в своём мнении из-за гордости. Они настаивают на своём несмотря ни на какие доказательства, потому что не хотят сознаться в том, что они неправы. С такими людьми нечего делать; не должно обращать внимание даже и тогда, когда они говорят: покажите мне, и я поверю. Некоторые из них откровеннее и говорят прямо: если я и увижу, всё равно не поверю.
§21. Второй класс матерьялистов гораздо многочисленнее, но потому что истинный матерьялизм - чувство неестественное, то он состоит из тех, которые делаются матерьялистами только вследствие равнодушия и, можно сказать, по неимению лучшего. Они матерьялисты не по размышлению и весьма желают верить, потому что сомнения составляют мучение для них. Они имеют смутное стремление к будущему; но это будущее было представлено им в таком виде, что разум их не мог его допустить. Отсюда произошло сомнение, и как следствие сомнения - неверие. У них неверие не составляет системы, и поэтому представьте им что-нибудь согласное с рассудком, и они примут его с радостью; они могут нас понять, потому что они ближе к нам, чем они сами предполагают. С первыми не говорите ни об откровениях, ни об ангелах, ни о рае. Они не поймут вас; но докажите им прежде, что физические законы не в состоянии объяснить всего; остальное придёт потом. Совсем другое дело, когда неверие не основано на предубеждении, потому что тогда верование не совсем уничтожено. Это скрытое зерно, заглушённое сорными травами, но которое одна искра может оживить; это слепой, которому возвращают зрение и который рад увидеть свет. Это утопающий, которому подают доску для спасения.
§22. Рядом с собственно матерьялистами есть третий класс неверующих, которые хотя и спиритуалисты, по крайней мере по имени, но не менее того весьма упрямы; это неверующие по нежеланию. Они были бы недовольны верить, потому что это нарушало бы их спокойствие в матерьяльных удовольствиях. Они боятся увидеть в этом осуждение их честолюбия, их эгоизма и мирских сует, которые составляют их блаженство: они закрывают глаза, чтобы не видеть, и уши, чтобы не слышать. О них можно только сожалеть.
§23. О четвёртом классе, который мы назовём классом неверующих по корыстолюбию или по злонамеренности, мы только упомянем. Они знают очень хорошо, чего держаться в Спиритизме, но осуждают его единственно из личных своих видов. О них нечего говорить, равно как и нечего с ними делать. Если истинный матерьялист ошибается, то он имеет по крайней мере извинение в своей добросовестности. Его можно ещё обратить на путь истинный, доказав ему его заблуждение. Относительно же последних все доводы бесполезны; время откроет им глаза и покажет им, может быть, на их же счёт, в чём заключался их истинный интерес, потому что, не имея возможности помешать распространению истины, они будут увлечены общим потоком, и с ними вместе все их интересы, которые они считали своим оплотом.
§24. Кроме этих категорий противников, есть ещё множество оттенков, в числе которых можно считать неверующих по малодушию: храбрость у них явится только тогда, когда они увидят, что другие не обжигаются; неверующие по религиозной строгости: точное изучение предмета покажет им, что Спиритизм опирается на главные основания религии и что он уважает все верования; что одно из его действий состоит в том, чтобы внушить религиозные чувства людям, не имеющим их, и укрепить их в тех, у которых они шатки. Потом следуют неверующие по гордости, по страсти к противоречиям, по беспечности, по легкомыслию и прочая.
§25. Мы не можем пропустить ещё одну категорию, которую назовём неверующими по разочарованию. Она состоит из людей, которые перешли от излишнего доверия к неверию, потому что они были обмануты в своих надеждах. Тогда, приведённые в уныние, они всё оставили, всё отвергли. Они находятся в том же положении, как человек, который отрицал бы добросовестность, потому что был обманут. Это ещё один результат неполного изучения Спиритизма и недостатка опытности. Тот, которого обманывают духи, бывает обманут потому, что он требует от них того, чего они не должны или не могут сказать, или потому, что он не довольно сведущ в этом предмете, чтобы отличить истину от лжи. Многие, впрочем, видят в Спиритизме одно лишь новое средство гадания и воображают себе, что духи созданы для того, чтобы ворожить. Впрочем, духи легкомысленные и насмешники не теряют этого случая позабавиться на их счёт: таким образом они называют женихов молодым девицам, честолюбцам обещают почести, наследства, скрытые сокровища и прочая. Отсюда часто происходят неприятные обманы, от которых серьёзный и благоразумный человек всегда сумеет предохранить себя.
§26. Весьма многочисленный класс, самый многочисленный даже, но который нельзя поместить в числе противящихся, - это класс сомневающихся. Это вообще спиритуалисты по принципу; у большей части из них есть смутное сознание спиритических идей, стремление к чему-то, чего они не могут определить.
Их мыслям недостаёт только порядка и последовательности; для них Спиритизм есть как бы луч света; это сияние, рассеивающее туман; они принимают его охотно, потому что он избавляет их от мучений неизвестности.
§27. Если мы бросим теперь взгляд наш на различные категории верующих, мы найдём сперва спиритов, не сознающих этого; это, собственно говоря, видоизменение или оттенок предыдущего класса. Не слыхав никогда о Спиритизме, они имеют врождённое сознание тех великих начал, которые вытекают из него, и это чувство просвечивает в некоторых местах их сочинений и в их разговорах до такой степени, что, слушая их, думаешь, что они совершенно посвящены в учение Спиритизма. Подобные примеры встречаются очень часто между писателями, как духовными, так и светскими, между поэтами, ораторами, моралистами, древними и новыми философами.
§28. Убедившиеся непосредственным изучением предмета могут быть разделены на четыре разряда:

  1. Те, которые верят только в явления. Спиритизм для них есть простая наука наблюдений, ряд явлений более или менее любопытных. Мы назовем их спиритами-наблюдателями.
  2. Те, которые видят в Спиритизме не одни только явления; они понимают философскую часть его, восхищаются моралью, которая вытекает из него, но не следуют ей. Влияние его на характер их незначительно или вовсе не существует даже. Они ничего не изменяют в своих привычках и не отказывают себе ни в одном наслаждении. Скупой, гордый, завистливый остаются такими же, нисколько не исправляясь. Для них христианское милосердие есть прекрасное правило, и только; это спириты несовершенные.
  3. Те, которые не довольствуются одним восхищением спиритической моралью, но которые применяют к делу и принимают все её последствия. Будучи убеждены, что земное существование есть временное испытание, они стараются воспользоваться этими краткими минутами, чтобы итти по пути прогресса, который один может возвысить их в иерархии духов. Они делают добро и искореняют в себе дурные наклонности. Их отношения всегда верны, потому что убеждения их удаляют их от всякой дурной мысли. Христианская любовь управляет всеми их поступками; это истинные спириты, или, лучше, спириты-христиане.
  4. Есть ещё спириты экзальтированные. Род человеческий был бы совершенен, если бы он извлекал из всего одно только хорошее. Крайность во всём вредна. В Спиритизме она рождает доверие слишком слепое и часто легкомысленное ко всем вещам невидимого мира и заставляет принимать слишком легко и без контроля то, что оказалось бы нелепым или невозможным, если бы подвергли его анализу рассудка. Но энтузиазм не рассуждает, он ослепляет человека. Этого рода последователи скорее вредны, чем полезны для Спиритизма. Они менее всех способны убедить, потому что суждениям их не доверяют вообще; они всегда бывают обмануты или духами, или людьми, которые стараются употребить в свою пользу их легковерие. Если бы они одни только испытывали последствия своего заблуждения, то зло было бы ещё не так велико. Но хуже всего то, что они, нисколько не желая этого, доставляют оружие неверующим, которые больше ищут случая посмеяться, чем убедиться в истине, и не замедлят приписать всем смешную сторону некоторых. Такое действие, без сомнения, не может назваться ни справедливым, ни разумным; но известно, что противники Спиритизма признают правильными только свои рассуждения и менее всего заботятся о том, чтобы знать предмет, о котором говорят.

§29. Средства убеждения чрезвычайно разнообразны, смотря по лицу, к которому обращаются. То, что убеждает одних, нимало не действует на других. Один убеждается матерьяльными проявлениями, другой - сообщениями разумными, большее же число - рассуждением. Мы можем сказать даже, что на большую часть тех, которые не приготовлены рассуждением, матерьяльные феномены имеют мало влияния. Чем феномены эти необычайнее и чем более уклоняются они от известных законов, тем более встречают недоверия, и это потому, что человек естественно сомневается при виде явлений, превышающих его понятия. Каждый смотрит на них со своей точки зрения и объясняет их по-своему; матерьялист видит в них причину чисто физическую или обман; невежда и суеверный - действие дьявольское или сверхъестественное, тогда как предварительное объяснение уничтожает предубеждения и может показать если не действительность, то по меньшей мере возможность явления. Его понимают прежде, нежели увидят; когда же возможность признана, тогда недалеко уже и до полного убеждения.
§30. Полезно ли стараться убеждать упорно неверующего?
    Мы сказали, что это зависит от причин и свойств его неверия. Часто настояния дают идею убеждаемому, что личность его очень важна, и потому он более противится. Кто не убеждается ни рассуждениями, ни фактами, тот, значит, должен ещё подвергнуться испытанию неверия. Надо предоставить Провидению заботу окружить его обстоятельствами, более благоприятными для него. Много есть людей, которые ищут света, и потому не для чего терять время с теми, которые его отвергают. Обращайтесь же к людям с доброй волею, которых гораздо больше, чем полагают, и их пример преодолеет препятствия скорее, чем слова. Истинный спирит не пропустит случая сделать добро, облегчить страждущее сердце, утешить несчастного, ободрить безнадёжного, произвести нравственный переворот: в этом заключается его миссия. В этом он найдёт также утешение для себя. Спиритизм буквально висит в воздухе. Он распространяется вследствие естественного хода вещей и потому, что он делает своих последователей счастливыми. Когда его противники будут слышать о нём везде, даже в кругу своих приятелей, тогда они поймут своё одиночество и будут принуждены или молчать, или сдаться.
§31. Чтобы преподавать Спиритизм так, как преподают другие науки, следовало бы показать весь ряд феноменов, которые могут быть произведены, начиная с самых простых и постепенно восходя до самых сложных. Но этого-то и нельзя сделать, потому что невозможно проходить курс опытного Спиритизма, как проходят курс опытной физики или химии.2 В естественных науках имеют дело с грубой материей, которую заставляют действовать по желанию и всегда почти могут быть уверены в успехе опытов. В Спиритизме же имеют дело с разумными существами, имеющими свою волю и доказывающими нам ежеминутно, что они не подчинены нашим капризам. Следовательно, надо наблюдать, выжидать результатов и схватывать их, так сказать, на лету; и потому мы объявляем прямо, что тот, кто надеется получить их по своему желанию, должен быть или мало сведущий, или обманщик. Вот почему истинный Спиритизм никогда не может быть зрелищем, никогда не станет на подмостки. Безрассудно предполагать даже, что духи явятся напоказ и подчинят себя исследованию как предмет любопытства. Следовательно, феномены могут или вовсе не быть, когда они нужны, или представиться совершенно в другом виде, а не в том, в каком бы их желали. Прибавим ещё, что для получения их нужны лица, одарённые особенными способностями, и что эти способности разнообразны до бесконечности, смотря по расположению особ; но так как весьма редко случается, чтобы одно и то же лицо заключало в себе все медиумические качества, то это составляет новое затруднение, потому что нужно иметь под рукою целую коллекцию медиумов, что почти невозможно.
    Чтобы избежать этого неудобства, нужно начинать с теории. Там все феномены пересмотрены, объяснены и потому легко отдать себе в них отчёт, понять их возможность, знать условия, при которых они могут производиться, и препятствия, которые могут им помешать, в каком бы порядке они ни следовали. Тогда ничто не покажется странным. Этот путь представляет ещё другую выгоду: он освобождает наблюдателя от множества обманов. Предупреждённый относительно затруднений, он может быть осторожен и избегнуть приобретения опытности за свой счёт.
    Трудно определить, сколько лиц, с тех пор как мы занимаемся Спиритизмом, приходило к нам, и между ними сколько мы видели таких, которые остались равнодушными и неверующими в присутствии фактов самых очевидных и которые были убеждены впоследствии разумным объяснением. Сколько других было подготовлено к убеждению с помощью рассуждения; сколько, наконец, таких, которые убедились, не видя ничего, потому единственно, что они поняли. Мы это говорим по опыту и вот почему утверждаем, что самая лучшая метода спиритического преподавания состоит в том, чтобы обращаться к рассудку прежде, чем к зрению. Этой системе мы следуем в наших уроках, и результаты тому оказываются самые положительные.3
§32. Предварительное изучение теории имеет ещё и другую выгоду: оно тотчас показывает великую цель и значение этой науки. Тот, кто начинает занятия свои с вертящихся столов, больше бывает расположен к шуткам, потому что ему трудно представить себе, чтобы из этих опытов могло выйти Учение, которое должно преобразовать человечество. Мы всегда замечали, что люди, верившие прежде, чем они видели что-нибудь, потому только, что они читали и поняли, бывают более других склонны к серьёзному занятию Спиритизмом. Так как они обращают внимание больше на сущность предмета, чем на форму его, то для них философская часть его есть главное, феномены же вещь второстепенная, и потому они говорят, что если бы феномены эти и не существовали, то всё-таки осталась бы философия, которая разрешает вопросы неразрешимые и которая пока одна только даёт разумную теорию прошедшего и будущего человека. Они предпочитают учение объясняющее всем другим учениям, которые не объясняют вовсе или объясняют неудовлетворительно. Кто рассуждает, тот легко поймёт, что Учение это могло бы существовать независимо от явлений; те лишь подтверждают его, но не составляют его необходимого основания. Серьёзный наблюдатель не отвергает их нисколько, но он ожидает благоприятных условий, которые позволят ему быть свидетелем их. Доказательством этому может служить то, что многие, прежде чем услышали о явлениях, имели внутреннее сознание этого Учения, которое привело только в порядок их идеи и составило из них одно целое.4
§33. Впрочем, несправедливо было бы сказать, что начинающие с теории не имеют предмета практических наблюдений. Напротив, они встречают предметы наблюдений, имеющие особенное значение в глазах их: это многочисленные факты самопроизвольных явлений, о которых мы будем говорить в следующих главах. Мало таких лиц, которые не знали бы их, хотя понаслышке. Многие были сами свидетелями их, хотя и не обращали на них особенного внимания. Теория объясняет нам эти явления, и мы скажем, что явления эти имеют весьма большое значение, когда опираются на неопровержимые свидетельства, потому что в этом случае нельзя предположить ни подготовления, ни обмана. Если бы производимые явления и не существовали, то это не помешало бы существованию проявлений самопроизвольных, и Спиритизм, объясняющий их совершенно удовлетворительно, оказал бы этим самым уже немалую услугу. Помимо того, читающие часто вспоминают подобные факты, которые тогда служат для них подтверждением теории.
§34. Наш взгляд на вещи был бы ложно понят, если бы предположили, что мы советуем пренебрегать фактами. С помощью фактов мы и дошли до теории. Правда, для этого нам был нужен упорный труд нескольких лет и тысячи наблюдений. Так как факты послужили нам и каждый день ещё служат, то мы были бы непоследовательны, если бы опровергали их важность, в особенности тогда, когда составляем книгу, назначенную для изучения их. Мы говорим только, что без рассуждения они недостаточны для того, чтобы достигнуть убеждения, что предварительное объяснение, разрушая предубеждение и показывая, что в них нет ничего противного рассудку, располагает к их приятию. Это так справедливо, что из десяти новых лиц, которые присутствовали бы при опытах самых убедительных для верующих, наверное, девять выйдут из него не будучи убеждёнными, а некоторые с ещё большим неверием, чем прежде, потому что опыты не будут отвечать их ожиданию.
    Совсем другое будет с теми, которые в состоянии дать себе отчёт с помощью предварительного знания теории: для них это просто будет средство проверки. Ничто их не удивляет, даже самая неудача, потому что они знают, при каких условиях факты производятся и что от них следует требовать того только, что они могут дать. Предварительное понимание явлений ставит их в возможность дать себе отчёт во всех даже неправильностях, и вместе с тем оно позволяет им схватывать множество подробностей, оттенков, часто едва заметных, которые для них служат средствами к убеждению и которые ускользают от несведущего наблюдателя. Вот причины, заставляющие нас допускать на наши опытные сеансы только лиц, имеющих достаточные предварительные сведения. чтобы понимать всё, что там делается, ибо мы убеждены, что другие потеряли бы только своё время или заставили бы нас терять наше.
§35. Тем, которые желают приобрести эти предварительные сведения посредством чтения наших произведений, вот порядок, которому мы советуем следовать:

  1. Что такое Спиритизм? Эта брошюра есть краткое изложение начал спиритической науки, общий взгляд, который даёт возможность обнять всё в узкой рамке. В немногих словах её видна цель, и по ней можно судить о важности предмета. Кроме того, там найдут ответы на главнейшие вопросы и возражения, которые могут сделать лица, ещё не посвящённые в эту науку. Это первое чтение, не требующее много времени, есть введение, которое облегчает более глубокое изучение.
  2. Книга Духов. Она содержит полное Учение, продиктованное самими духами, со всею его философией, со всеми его нравственными последствиями; это раскрытая судьба человека, посвящение в таинства натуры духов и тайны загробной жизни. Читая её, делается понятно, что Спиритизм имеет цель серьёзную и не есть пустое препровождение времени.5
  3. Книга Медиумов. Она назначена для того, чтобы руководить производством явлений. В ней излагаются средства самые удобные для сообщения с духами; это руководитель как для медиумов, так и для вызывателей и дополнение к "Книге Духов".
  4. La Revue Spirite ("Спиритское Обозрение" - журнал) есть собрание явлений, теоретических объяснений и отдельных статей, которые дополняют то, что сказано в предыдущих двух книгах. Чтение этих книг может быть одновременным, но оно будет полезнее и понятнее, если их будут читать после, в особенности после "Книги Духов".

Вот всё, что касается до нас. Те, которые желают знать остальное, относящееся к этой науке, по необходимости должны читать всё, что написано по этому предмету, или по крайней мере главнейшее, и не ограничиваться одним автором. Они должны читать и "за", и "против"; критики так же, как и апологии; освоиться с различными системами, чтобы иметь возможность судить по сравнению. В этом отношении мы не хвалим и не порицаем никакого сочинения, не желая ни в чём иметь влияние на мнение, которое могут себе составить. Положив наш камень в здание, мы становимся в ряды: нам не принадлежит право быть судьёю, и мы не имеем смешной претензии считать себя единственными распространителями света. Дело самого читателя отличать хорошее от дурного, истину от лжи.


1 Увы, утешение и довод недействительные сегодня: весь ХХ век прошёл под знаменем именно материализма, и на закате века сего мы вынуждены наблюдать, сколь и в самом деле гибельным для общественного порядка было это материалистическое господство: чудовищные и небывалые по своим масштабам и жестокостям войны на фоне всё возрастающей духовно-нравственной нищеты, экологическая катастрофа, всеобщая апатия, бездушие и сенсуализм, и т.д., и т.п. (Й.Р.)
2 В настоящее время это почти возможно. Всё дело заключается в умелом подборе медиумов, глубоких знаниях руководителя опытов и согласии духов. (Асгарта)
3 Наше теоретическое и практическое обучение всегда бесплатно. (А.К.)
4 Прекрасный пример этого представляет А.Н.Аксаков, который, сделавшись спиритом, только через пятнадцать лет увидал первые явления на спиритическом сеансе. (Асгарта)
5 "Книга Духов" заключает в себе трансцендальную сторону предмета. "Книга Медиумов" - практическую, и по содержанию своему она должна быть настольной книгой всех спиритов, занимающихся светлыми или тёмными6 сеансами. (Асгарта)
6 Одно из достоинств книг Кардека в том и состоит, что благодаря им "тёмные" сеансы делаются невозможны. (Й.Р.)